— О'кей, так как немногие из нас знают что-либо об этом человеке, то не следует предоставлять это дело ему. Хотя его сын и был убит. Это несчастье для него и для нас, я полагаю. Все, что вы можете сделать, это лишь посочувствовать Джоэлю, попытаться облегчить его страдания, показать чуточку дружелюбия и ждать пока он не справится с этой трагедией. Вот так то.

— Именно так, — твердо сказал мэр, и уже был готов завершать выступление, когда вдруг открылась одна из створок двери.

Джоэль Хендри стоял в проеме, его лицо было серым, взгляд жестким и уничтожающим этих людей, которых он не слишком хорошо знал, но которые, как он только что слышал приняли решение за него.

Все внимание присутствующих было обращено на него, когда он произнес:

— Мне не нужна помощь. Я никогда не надеялся на других и не угождал кому-либо. Я буду делать то, что должен, когда придет время. До тех пор, пока я не вернусь в город увидеть мэра, вы не тратьте попусту времени справляясь обо мне.

Лэнк Уоллен нерешительно двинулся к Джоэлю, подозрительно тряся головой. Он с облегчением увидел, что глухая ненависть покинула Хендри. Это случилось скорее, чем Уоллен предполагал в первый момент и Джоэль Хендри одержал верх над своими амбициями одиночки.

Лэнк сказал:

— Мы рады, что ты выбрал этот путь, Хендри. То была страшная история, что случилась сегодня и я обязываю тебя доказать самому себе необходимость успокоить свои чувства. Ты хотел бы поговорить с мэром один на один, да?

— Если можно.

Мэр Рад Темплтон недовольно покосился на Уоллена, но шериф чувствовал, что лучшего шанса, чтобы закрыть заседание не предвидится и к тому же можно было избавиться самому от неприятного положения. Он быстренько выел горожан наружу и закрыл дверь здания суда, оставив Джоэля Хендри и мэра Темплтона наедине.